Эксперт: в Москве осторожный оптимизм по ситуации в Южном Кавказе после карабахской войны

Автор: Verelq News

Усилила или ослабила позиции России на Южном Кавказе недавняя война в Карабахе? Можно ли ожидать прогресса в российско-грузинских отношениях после прошедших в Грузии парламентских выборов и восстановления железнодорожного сообщения через Абхазию?


На эти и другие вопросы ИАЦ VERELQ ответил старший научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Алексей Токарев.


Как сказалась недавняя война в Карабахе на позиции России в регионе Южного Кавказа? Усилились ли они или ослабли? 


Общее настроение в Москве среди более-менее объективных экспертов, не проармянских или проазербайджанских, а тех, кто смотрит на регион не с позиции Еревана или Баку, а с позиции Москвы, оно, скорее, положительное. В первую очередь, они скажут про базу (российские миротворцы в Арцахе - прим. ред.), правда дальше начинаются многочисленные "но".


Первое "но" - это мандат миротворцев. Через 5 лет его надо пересматривать. Второе "но" - это официальное присутствие турецких военных на территории Азербайджана - в мониторинговом центре, который мы создаëм вместе.


Третье "но" - это потеря некоторого числа сторонников России в самой Армении и явно фиксируемая обида армянского общества на Россию. Я ни в коем случае не про то, правильно это или неправильно, я про фиксацию общественных настроений. С рациональной точки зрения, я с этим не согласен, но этот тренд невозможно игнорировать. 


И получается, что эти "но", как минимум эти три, они все -таки препятствуют эйфории от того, что у нас появилась база на де-юре территории Азербайджана. Поэтому, если резюмировать ответ на этот вопрос, то это такой осторожный оптимизм, который объективизируется этими многочисленными "но", который все понимают. Но это, безусловно, оптимизм, не пораженческие настроения. Это не настроения в стиле, что мы потеряли союзника. 


Можно ли ожидать прогресса в российско-грузинских отношениях после прошедших в Грузии выборов? 


Никто не ждёт прогресса, выборы на это не влияют. Грузия все больше идёт по пути десуверенизации, и то, что в американское посольство приходят политики и при участии посла написанное соглашение подписывают, это, конечно, странный тренд для страны, которая хочет быть суверенной.  Другое дело, что Грузия не хочет быть суверенной. И поскольку мы понимаем, что решения принимаются не в Авлабари, а без этих решений никаких подвижек не будет, то нет, в России не ждут никакого потепления отношений. 


Оцените шансы восстановления железнодорожного сообщения через Абхазию?


С экономической точки зрения, коммуникации должны разблокироваться. Конечно, если бы абхазы и грузины смогли восстановить сообщение, восстановить мост через реку Ингури,  запустить поезда, для начала, наверное, грузовые, а затем и пассажирские - это все прекрасно, с точки зрения экономики. Экономика, безусловно, только стоит и ждёт, когда все это откроется. Но в данном случае политика важнее экономики. Потому что война в 1992 году началась с того, что грузины ввели Национальную гвардию для того, чтобы сохранить железную дорогу. Абхазы это прекрасно знают.


Несмотря на все позитивные действия Грузии за последние годы по налаживанию мирных отношений с абхазами (это одни из лучших программ на постсоветском пространстве по примирению: программы по вовлечению без признания, образовательные программы, абхазы могут получать за счёт бюджета Грузии высокотехнологичную медицинскую помощь), Грузия остаётся врагом для абхазов. Пока не сменится поколение, если в Грузии не придёт к власти новый Саакашвили, она будет врагом номер один  для Абхазии. И поэтому никакого разблокирования путей не будет из-за политики. Экономика этого очень хочет, но политика не хочет. 


Да и Россия, наверное, перестанет педалировать этот вопрос на дипломатическом, экспертном и неофициальных треках по закрытым каналам, так как Россия получает доступ  в Армению через Азербайджан (это транспортный коридор "Север-Юг"). И значение железнодорожной ветки через Абхазию объективно снижается. 


Я думаю, что позицию Москвы можно охарактеризовать так: если отношения между Абхазией и Грузией позволят, то хорошо, если эта дорога будет разблокирована. Если не позволят, то никто рвать на себе волосы не будет. 


Айк Халатян


 

Печать

Другие новости по теме
Загрузка...