Какой смысл следить за продолжающейся войной в Иране, если никаких выводов не будет сделано? А из иранских событий можно извлечь очень полезные уроки, если следить за ними не просто как за новостной лентой, а обращать внимание на стратегический ход происходящего. С этой точки зрения уже сейчас ясно видны как минимум три вывода, которые очень актуальны для нас, в том числе и в контексте пораженческой пропаганды, которая сейчас распространяется среди нас. УРОК В войне не всё определяется материальным преимуществом. США и Израиль явно и многократно превосходят Иран в своих военно-технических возможностях, что обеспечивает им тактические успехи. Однако эти самые тактические успехи не обязательно подразумевают стратегическую победу. Американо-израильская военная операция, которая, скорее всего, должна была быть завершена за несколько дней (подобно первому варианту российской СВО), длится более трёх недель без чёткой стратегии победоносного завершения. Компетентное иранское сопротивление (см. следующий пункт), а также стратегический подход к исходу войны позволяют Тегерану компенсировать военно-технический дисбаланс и, несмотря на многочисленные потери, не только продолжать сопротивление, но и постепенно диктовать новый ход войны, навязанный ему. УРОК 2Основой иранского сопротивления является четкий стратегический подход, который существенно не изменился, несмотря на многочисленные потери военно-политической элиты в последние недели. Это сопротивление основано, среди прочего, на асимметричной (непропорциональной) операционной концепции, которая предполагает нанесение максимального ущерба противнику с помощью точного поражения целей и использования имеющихся ресурсов. Яркий пример этого можно увидеть в эти дни в Ормузском проливе. Соединенные Штаты, обладающие самым мощным в мире военно-морским флотом, и их союзники получают самый сильный стратегический удар от дешевых иранских беспилотников, быстроходных моторных лодок, морских бомб и ракет малой дальности, которые диктуют новые правила игры в Ормузском проливе. Этого достаточно, чтобы подорвать мировую экономику и дать Ирану мощный инструмент ведения переговоров, который даже привёл к частичной отмене санкций США в отношении иранской нефти. Концепция непропорциональности имеет и другие проявления (например, нанесение ударов по союзникам США, что фактически увеличивает масштаб конфликта и, следовательно, стоимость продолжения войны). Другими словами, Иран не играет в навязанную ему игру (в которой он проиграет), а постепенно навязывает свою собственную игру другим. И в основе этой новой игры лежит абсолютное преимущество, которое часто упускается из виду многими. Упускается из виду, но не в Иране, и это уже третий урок.  УРОК 3Когда в начале XIX века Наполеон пытался быстро завоевать Россию, он учитывал многое, кроме одного: погодных условий. После поражения Наполеона и других западных армий на русской земле часто говорят о «генерале Морозе» (имеется в виду крайне холодные зимы русского мира и невозможность вести в них боевые действия), который, как невидимая сила, помог русской стороне одержать победу. Если применить эту художественную аналогию к Ирану, можно сказать, что у Ирана есть свой беспогонный генерал: это «Генерал География». Иранская стратегия основана на полном понимании географии этого государства и её мудром использовании. Образно говоря, Ормузский пролив и арабские страны находятся у Ирана на заднем дворе, поэтому давление на них можно оказывать даже с помощью «рогатки», минимального набора инструментов (оружия) в арсенале. Именно этот расчёт лежит в основе иранской стратегии: даже если все иранские ракеты дальнего действия будут уничтожены, всегда найдётся небольшая лодка, которая создаст глобальные проблемы в Ормузском проливе, заставив всех учитывать иранский фактор. Тюрколог Варужан Гегамян