В преддверии парламентских выборов Европейский Союз принял решение о развертывании в Армении специальной миссии по противодействию гибридным угрозам и иностранному вмешательству с двухлетним мандатом. Инициатива, активно поддерживаемая главой европейской дипломатии Каей Каллас, заявлена как мера по укреплению демократической устойчивости страны. Однако в политических кругах Армении этот шаг вызывает неоднозначную реакцию. Звучат опасения, что усиление европейского присутствия может превратить страну в арену геополитического противостояния между Россией и Западом, а борьба с дезинформацией рискует обернуться реализацией «молдавского сценария» по подавлению оппозиции. VERELQ обсудил цели новой миссии ЕС и ее влияние на внутриполитическую ситуацию в Армении с политологом Грантом Микаеляном. На фото Грант Микаелян, источник: shantnews.am VERELQ: Европейские дипломаты (в частности, Кая Каллас) открыто называют Россию основным источником гибридных угроз в регионе, тогда как официальный Ереван подчеркнуто избегает подобных формулировок. Как вы оцениваете эту разницу в публичной трактовке целей миссии: это исключительно дипломатическая [разница]? Грант Микаелян: Дело в том, что параметры миссии определяет Брюссель, а не Армения. И Брюссель определил Россию как своего военно-политического противника. Более того, в последний месяц мы видим признаки того, что это работает и в обратную сторону. Если раньше подход России заключался в том, что для постсоветских стран, в частности Украины, вступление в НАТО — это враждебный акт, а вступление в ЕС — приемлемо, то сейчас, в последнее время, этот параметр меняется. По сути, Евросоюз и Россия всё больше углубляются в конфликт. А то, что Россия называется источником именно гибридных угроз — это современная политическая фразеология Брюсселя, которая просто показывает направленность и враждебность отношений. Разность этих оценок проистекает из различия целей: у Еревана конкретных целей в отношении России в данном контексте нет, а у Брюсселя они есть. VERELQ: В оппозиционных кругах звучат опасения, что расширение европейского присутствия может превратить Армению в площадку «прокси-войны» между Россией и Западом. Как вы оцениваете вероятность того, что размещение миссии ЕС сделает Армению площадкой для геополитического противостояния между Москвой и Западом? Грант Микаелян: Что касается опасений о том, что Армения может стать площадкой «прокси-войны». Прокси-война подразумевает наличие боевых действий. Представить боевые действия между Россией и Западом непосредственно на территории Армении трудно, но то, что страна становится площадкой геополитического противостояния — это уже очевидно. Армянское руководство заявляло, что Россия является источником угроз. В последний месяц со стороны России также последовало несколько подобных заявлений и жестких ответных шагов. Мы видели и напряженную дискуссию на встрече Никола Пашиняна и Владимира Путина две недели назад. Мы наблюдаем у руководства Армении иллюзию относительно членства в Европейском Союзе. Я называю это иллюзией, потому что в ближайшие несколько десятилетий это абсолютно нереалистично. Однако сама эта иллюзия уже создает напряжение, и Европейский Союз рассматривает Армению как актив в противостоянии с Россией. В начале 2024 года Эммануэль Макрон заявил, что Армения — это буферное государство в этом противостоянии. Соответственно, ничего неожиданного здесь нет, конфликтность будет только нарастать. Другое дело — в какой форме это может происходить. Инструментом для всех внешних игроков может выступать Азербайджан — как средство принуждения Армении к поддержке их политики. И Запад, и Россия могут использовать Азербайджан в этом качестве, и обе стороны это уже делали. VERELQ: Некоторые критики властей ссылаются на недавний опыт Молдовы, выражая обеспокоенность тем, что под предлогом защиты от дезинформации могут быть применены ограничительные меры к оппозиционным медиа. Насколько оправданы данные опасения? Грант Микаелян: О «молдавском сценарии» говорят не только критики властей, но и представители самой власти, а также представители Евросоюза. С одной стороны, прямого закрытия медиа мы не видели, но мы наблюдали исключение позиций СМИ из мультиплекса (то есть из открытого вещания), сужение зоны вещания с ограничением его только пределами Еревана, а также арест блогеров с запретом заниматься вещательной деятельностью. В первую очередь речь идет о ресурсе «Антифейк», причем по довольно сомнительному делу. Однако ограничения касаются скорее не медиасферы, а политической жизни. Мы видим активное давление на партию «Сильная Армения», которое выражается в арестах активистов и представителей политической силы, включая самого лидера партии, находящегося сейчас под домашним арестом. Поэтому опыт Молдовы для Армении лежит больше в этой плоскости, а также в вероятности того, что некоторые оппозиционные силы могут быть не допущены до выборов. Мы видим, что по мере приближения голосования риторика эскалирует. В Молдове также была размещена политическая и консультационная европейская миссия. В Армении власти тоже обратились к Европейскому Союзу с просьбой прислать такую миссию, и она здесь работает. Каковы результаты её работы? На прошлой неделе мы увидели принятие ряда новых ограничений для СМИ и политиков. Я связываю это как раз с результатами работы данной миссии. VERELQ: Мандат миссии прямо увязан с защитой демократических институтов в преддверии июньских выборов. Как, по вашим прогнозам, присутствие и работа европейских специалистов отразятся на уровне общественного доверия к результатам голосования и их признании проигравшими сторонами? Грант Микаелян: Касательно мандата миссии я должен отметить следующее: в риторике представителей Евросоюза мы уже видели, что сохранение демократии в Армении увязывается с сохранением нынешней власти. Эту риторику поддерживает как сама действующая власть, так и представители делегации ЕС в Армении, высказывающие схожие идеи. Получается своеобразная логика: демократия — это власть конкретных «демократов». А какими способами она будет сохранена — вопрос уже второстепенный, и к этому есть серьезные вопросы. Что касается того, как общество и проигравшие стороны будут реагировать: всё зависит от того, каким будет сам избирательный процесс — будет ли он честным и соревновательным. Здесь возникает огромное количество вопросов. Будут ли все допущены к выборам? Насколько равным будет доступ к СМИ? Насколько сильно будет задействован административный ресурс? Эти выборы являются решающими с точки зрения будущего Армении, на кону очень многое. Мы наблюдаем беспрецедентное вовлечение Европейского Союза во внутриполитические процессы страны — никто и никогда в такой степени в них не участвовал. Это, конечно, может повлиять на ситуацию, причем и в негативную сторону. Но главное — как в итоге будет оценен сам процесс. Выборы 2021 года тоже были судьбоносными, но оппозиция признала поражение в том числе потому, что власти тогда выиграли с достаточным запасом, и было очевидно: нарушения, если они и были, не оказали влияния на окончательный результат. Вопрос признания предстоящих выборов и их легитимности будет зависеть именно от того, как этот процесс пройдет на этот раз.