При всём уважении к научным и дипломатическим заслугам Жирайра Липаритяна, тем не менее считаю необходимым откликнуться на его статью, опубликованную сегодня в «Аравот». Вашингтонские документы он представляет в чрезмерно оптимистичном ключе, что делает их уязвимыми по ряду вопросов. Пусть это не прозвучит грубо, но создаётся впечатление, что автор статьи выступает не как заслуженный учёный, а как лоббист действующего провального правительства. Теперь по существу: Липаритян пишет: «Азербайджан обязался признать принцип территориальной целостности Армении на основе Алма-Атинской декларации 1991 года — цели, к которой Ереван стремился уже давно». Опыт показал, что Азербайджан неоднократно попирал положения этой декларации — вторгаясь на территорию Армении, захватывая высоты и прибегая к силовому шантажу. Если ранее эти обязательства нарушались без каких-либо последствий, то как сегодня можно рассматривать тот же документ в качестве надёжной гарантии? Что касается конституционных изменений, Липаритян отмечает: «Возможно, обеспокоенность Баку искренна». Но это не «искренняя обеспокоенность», а откровенный инструмент давления, с помощью которого Баку пытается подчинить внутренние правовые нормы Армении своим интересам. Конституция Армении не может быть объектом азербайджанских прихотей. Липаритян утверждает, что документы позволяют армянам «хоть немного вздохнуть с облегчением». Но в чём это «облегчение», если в них обойдены вопросы освобождения пленных, делимитации и демаркации, защиты армянского культурного наследия и реальные механизмы безопасности? Игнорирование этих проблем не приносит спокойствия, а напротив — лишь усиливает неопределённость. Касаясь оппозиции, Липаритян пишет, что она действует «исходя из ложных побуждений» (разумеется, у меня тоже есть замечания к риторике некоторых её сегментов, но общая оценка Липаритяна выглядит чрезмерно жёсткой и несправедливой). Однако именно агрессивная риторика Азербайджана и его постоянные новые требования формируют обеспокоенность оппозиции. Игнорирование этого — не только политическая несправедливость, но и ослабление дискурса самообороны Армении. Наконец, Липаритян признаёт: «Даже в лучших условиях американские гарантии остаются нестабильными». Но если сам автор утверждает, что гарантии США ненадёжны, то в чём тогда заключается реальная опора безопасности Армении? Если Вашингтон не готов подкрепить свои обязательства силовыми или политическими рычагами, а Россия, по мнению автора, уже доказала свою несостоятельность, то кто и каким образом обеспечит территориальную целостность нашей страны? Стоит отметить, что Липаритян, как и многие армянские аналитики, сравнивает несовершенную систему российской безопасности не с её полным отсутствием, а с неким воображаемым идеалом. Именно эта неверная параллель формирует в общественном дискурсе иллюзию, будто Россия просто «не справляется», тогда как на самом деле на её месте уже ничего не будет. А когда нет ничего, риск оказывается куда выше, чем при любой несовершенной системе. Таким образом, статья Липаритяна основана на чрезмерно оптимистичных предположениях. В действительности же без реальных и надёжных гарантий безопасности суверенитет Армении остаётся уязвимым. Политолог Сурен Суренянц