Эксперт: беспокойств по поводу уязвимости ААЭС лишены каких бы то ни было оснований

Автор: Verelq News

В этом году атомная отрасль Армении отмечает солидный юбилей — 55 лет. Первый энергоблок Армянской АЭС был введен в эксплуатацию 25 декабря 1976 г, энергоблок №2 – 5 января 1980-го. Однако отправной точкой для «атомной целины», которую принялась осваивать наша республика, будучи еще в составе СССР, явилось 17 сентября 1966 г.


В каком состоянии Армянская АЭС и какое значение она имеет для энергетической системы республики, насколько АЭС сейчас безопасна и сколько будет стоить строительство новой атомной станции — на эти и иные вопросы в интервью Dalma News ответил национальной эксперт ООН по энергетике Ара Марджанян.


— Господин Марджанян, 55 лет — возраст, к которому подходит с солидным жизненным багажом как человек, так и любая сфера его жизнедеятельности. А с какой «генерацией» достижений подошла к юбилейной дате атомная сфера Армении?


— Атомная станция являлась и является важнейшей компонентой энергетики Армении. Она обеспечивает почти 40% вырабатываемой в республике электроэнергии. А еще более важно то, что она обеспечивает более 50% так называемой гарантированной мощности армянской энергосистемы. Это чрезвычайно важное и ценное качество атомной станции, не присущее другим малым станциям и всем источникам возобновляемой энергетики. Ведь именно наличие гарантированной мощности в энергосистеме позволяет планировать развитие страны в среднесрочной и долгосрочной перспективе.


Кроме того, наличие атомной станции в Армении позволило в свое время наладить региональное энергетическое сотрудничество — тогда еще в рамках Советского Союза. Армянская ССР вырабатывала достаточное количество энергии для того, чтобы порядка 3 млрд. кВт.ч передавать грузинской и азербайджанской энергосистемам. Как итог — Советская Армения в последнее десятилетие существования СССР являлась так называемым энергетическим хабом или важнейшим энергетическим узлом всего Закавказья.


Армянская станция, как вы знаете, продолжала нормально работать и во время сильнейшего Спитакского землетрясения 7-го декабря 1988 г., потому что и технология самой атомной станции, и место строительства АЭС, было выбрано верно и доказало свою надежность по многим параметрам.


Наконец, еще одно важное достижение — наличие атомной станции в Армении, позволило существенно повысить уровень дисциплины всего энергетического сектора, уровень ответственности, грамотность планирования, вопросы безопасности, вопросы подготовки кадров по самому широкому профилю; позволило держать на достаточно высоком уровне, так сказать, научно-технологическую планку Армении.


Все эти достижения, разумеется, не остались без негативной реакции. Наличие атомной станции на протяжение всего пути служило достаточно серьезным поводом для зависти всех наших соседей – Азербайджана, Турции, Ирана и Грузии. В течение десятилетий все эти страны мечтали иметь свою атомную компоненту, но удалось это только Ирану, где с помощью России была доведена до конца Бушерская АЭС. Неоднократно о своем желании иметь атомную станцию заявляла Турция. И вот сейчас, как известно, там уже идет строительство площадки для третьего блока будущей атомной станции «Аккую». Работы выполняются нашими российскими партнерами – госкорпорацией «Росатом».


Относительно недавно и Азербайджан представил заявку в МАГАТЭ для сооружения исследовательского реактора. Не так давно вопрос строительства АЭС в Азербайджане рассматривался на самом высоком уровне – в ходе заседания Валдайского клуба в России, где присутствовал президент РФ Владимир Путин. Грузинские наши коллеги также неоднократно выражали желание иметь атомную станцию. Что, в общем-то, неудивительно. Ведь АЭС – это и механизм решения сугубо энергетических проблем страны, и определенный рычаг поднятия общего рейтинга государства: уровня квалификации его инженеров, ученых, руководящих органов.


— Вы сказали, что ААЭС обеспечивает 40% гарантированной мощности. Поясните, пожалуйста, читателям что значит это понятие. И исключительно ли атомная станция гарантирует энергобезопасность Армении?


— Атомная станция является одним из двух главных компонентов, гарантирующих энергобезопасность и энергетическую независимость Армении. Вторая компонента — это каскад гидроэлектростанций на р. Воротан. Оба эти объекта обеспечивают приемлемый уровень энергетической безопасности и независимости Армении. Почему?


Потому что в случае атомной станции загрузка топлива осуществляется раз в год или даже раз в полтора года. После чего проходит его автономная работа, выработка электроэнергии и гарантированной мощности. То же самое можно сказать и о Воротанских ГЭС — там есть большие водные резервуары, которые позволяют гарантировать работу каскада на достаточно высоком уровне в течение года и более.


А вот Севан-Разданский каскад ГЭС имеет ограничения по своей выработке и мощности, поскольку связан с экологическими ограничениями попусков воды из озера Севан. Ограничения, кстати говоря, совершенно разумные, однако они существенно снижают общую выработку Севан-Разданского каскада ГЭС. А работа наших тепловых станций, использующих природный газ, каждый день и каждый час зависит от поставок из России или Ирана. Так что энергетическую независимость и безопасность нашей страны обеспечивают только ААЭС и Воротанский каскад ГЭС.


Что касается понятия гарантированной мощности, то чтобы читателям было понятно, я проведу такую аналогию. Допустим, вы получили наследство от бабушки, сдали его в банк и получаете ежегодные проценты, на которые и живете. Так вот, в энергетике этим годовым процентам соответствует понятие «выработка электроэнергии». Для этого существует определенный тариф, на электроэнергию. А вот сам капитал – то есть то наследство, что вы получили от бабушки, и под который вам собственно и выплачивают проценты, в энергетике называется «гарантированная мощность». Для этого также существует свой особый тариф, который выплачивается станциям, способным гарантировать свою мощность. В случае АЭС, выплаты за гарантированную мощность даже выше, нежели выплаты за выработанную электроэнергию.


Гарантированная мощность — это тот материнский капитал, который мы получили еще от Советской Армении в виде двух энергоблоков армянской АЭС. То есть, в наших руках настоящее богатство, на «проценты» с которого мы и обеспечиваем себе беспроблемное существование в сфере энергетики сейчас и, уверен, что и в будущем.


— В разговоре об атомной станции, как правило, наряду с энергетической безопасностью на чащу весов обычно ставится безопасность населения данной страны, региона в целом. А насколько безопасна Армянская АЭС, с учетом ведущихся с 2015 г работ по ее модернизации?


— Это очень хороший и важный вопрос. Позвольте мне разбить его на две части. За безопасностью эксплуатации атомной станции следят как национальные специализированные органы Армении, так и международные организации. Так вот, официальные данные как национальных полномочных организаций Армении, так и международного агентства по атомной энергии — МАГАТЭ, свидетельствуют о том, что все риски, связанные с работой атомной станции, регулируются, оцениваются верно. И эксплуатация атомной станции находится на приемлемом уровне. Именно для этого в настоящее время проводится работа по модернизации второго энергоблока — в частности, в этом году должно быть проведено так называемое прокаливание корпуса второго блока АЭС, которое восстановит свойства металла корпуса реактора. После чего МАГАТЭ, а также национальный орган лицензирования атомной станции, выдадут лицензию на эксплуатацию второго энергоблока, как минимум, до 2026 г. А в более дальней перспективе — до 2036 года включительно.


Вторая часть этого вопроса приводит нас к психологическим и информационным войнам, которые ведутся у нас в регионе. И здесь вопрос армянской атомной станции используется как рычаг давления на Армению, в достаточно грязных информационных кампаниях, направленных против нашей страны. Например, в 2011 г в журнале National Geographic появилась статья, в которой говорилось о неприемлемом уровне риска работы атомной станции. У вас, вероятно, возник вопрос — а причем тут, собственно говоря, журнал National Geographic и атомная станция? Такой вопрос возник и у нас. Действительно, никакой связи между журналом и атомной энергетикой нет и быть не могло. Это была чисто информационная кампания, проплаченная Турцией и Азербайджаном. То же самое произошло и в начале марта этого года. На сей раз появилась статья известного лоббиста азербайджанской нефтяной компании SOCAR Бренды Шеффер в одном американском журнале, вновь ставящая под сомнение эксплуатацию атомной станции в Армении. Заметим, что и г-жа Шеффер не имеет никакого отношения к атомной энергетике, как собственно и  журнал National Geographic.


Хочу еще раз подчеркнуть для наших читателей как в Армении, так и в Грузии и во всех сопредельных странах: армянские власти и армянские специализированные органы заинтересованы в безопасной эксплуатации АЭС уж никак не меньше, нежели журналисты в Грузии, Азербайджане, Турции или США.


И еще: вопросы безопасности и рисков работы атомной станции могут профессионально оценить только специализированные органы и такой международный орган, как МАГАТЭ. Ни популярные географические или этнографические журналы, ни лоббисты азербайджанского бизнеса, не могут являться достоверными источниками информации относительно работы армянской АЭС. Вся шумиха, поднятая этими публикациями — что в 2011 году, что сейчас, имеет совершенно определенный геополитический и информационно-пропагандистский характер. И нацелена на то, чтобы оказать давление на Армению.


— Отставив в сторону стремление наших недругов наводить тень на плетень, вернемся к сегодняшним реалиям. Известно, что в этом году с целью проведения работ по продлению срока эксплуатации нашу атомную впервые остановят на довольно длительный период — 141 день (с мая по октябрь). Не создаст ли это серьезных проблем, особенно с учетом того, что 30 малых ГЭС Карабаха после подписания соглашения с Азербайджаном фактически были исключены и из энергосистемы Армении?


— Чисто с энергетической точки роль малых ГЭС, которые остались под азербайджанским влиянием, в энергобалансе Армении была незначительной. В этом смысле республика не ощутит никакого отрицательного влияния. Но я хочу подчеркнуть, что это очень серьезный вопрос с точки зрения международного права, и полагаю, что в ближайшее время будущность этих ГЭС – компенсация либо какие-то договоренности между Арменией и Азербайджаном по их эксплуатации, — будут достигнуты. А на данный момент — да, это болезненный вопрос с точки зрения потери финансов, времени и ресурсов и совершенно несерьезный, с точки зрения оказания негативного влияния на работу энергосистемы Армении.


Что касается остановки ААЭС, то действительно, реактор остановится на срок приблизительно в 2.5 раза больший, чем это обычно бывало. Что создаст определенные трудности. Это будет достаточно серьезный и напряженный период работы энергосистемы, но совершенно не критичный. Я исключаю возможность сколько-нибудь серьезных перебоев в энергообеспечении потребителей в Армении и, уж тем более, исключаю возможность возобновления веерных отключений, знакомых нам по ранним 90-ым.


Считаю также сомнительным, что останов атомной станции сколько-нибудь существенно скажется на тарифе на электроэнергию.


— Кстати о тарифах. По завершении работ по модернизации АЭС мощность энергоблока вырастет на 40 МВт. Это означает, что вырастет КПД станции, снизятся расходы, а стало быть, уменьшится и себестоимость производства электроэнергии. Значит ли это, что отечественному потребителю светит более дешевый тариф на «свет»?


— Действительно, мощность станции возрастет, возрастет КПД, увеличится и гарантированная мощность, которую обеспечивает атомная станция в нашей системе. Но я не думаю, что в ощутимой перспективе реалистично ожидать понижения тарифа на электроэнергию, исходя из ряда обстоятельств. Однако и опасаться того, что модернизация второго энергоблока ААЭС повысит цену на электроэнергию, также не надо. Эти два фактора просто скомпенсируют друг друга.


— По окончании модернизации действующего энергоблока срок его работы будет продлен до 2026 г. Сейчас уже создается рабочая группа по продлению функционирования ААЭС еще на 10 лет — до 2036 года. Однако параллельно звучат разные мнения – кто-то настаивает едва не на бесконечном продлении срока службы действующего реактора, что якобы выгоднее. Иные полагают, что будущее все же за новой АЭС. На ваш взгляд — какой из вариантов целесообразнее в Армении?


— Я считаю, что первый взгляд совершенно неприемлем. Армении придется вывести из эксплуатации второй блок АЭС, и произойдет это скорее всего во второй половине 2030-х годов. Поэтому Армения безусловно должна быть готова к строительству новой атомной станции или нового блока атомной станции – либо на существующей площадке, где находятся оба блока нашей АЭС, либо на новой площадке.


Вопрос новой атомной станции безусловно актуален для Армении и очень важно, что в ходе недавней встречи премьер-министра РА Никола Пашиняна и президента РФ Владимира Путина прозвучала заинтересованность Армении в участии России в строительстве у нас новой атомной станции. Скорее всего, она будет построена по российской технологии, чему есть серьезные причины. Дело в том, что технология ВВЭР, которая была разработана еще в Советском Союзе, доказала свою надежность по всему миру. Вот уже почти 50 лет блоки, подобные нашему, с успехом эксплуатируются в Финляндии, в Восточной Европе, Китае и самой России.


Я думаю, это весьма перспективно для Армении. И где-то через год, а может быть и раньше, уже надо начинать примериваться к выбору новых технологий, новых решений, к проведению предварительных работ. С тем, чтобы где-то к 2026-27 гг. уже начать строительные работы под новую АЭС.


— Поддержит ли Россия нашу инициативу. И удастся ли изыскать нужные средства – по предварительным оценкам, на новую АЭС, кажется, понадобится порядка 5 млрд долларов?!


— Россия — это мировой лидер по атомной энергетической технологии, и ее выбор в качестве партнера Армении понятен и совершенно прагматичен. Что касается готовности России к развитию атомной отрасли в Армении, то она собственно уже ее продемонстрировала. Во-первых, проведением достаточно масштабных работ по модернизации второго энергоблока. А, во-вторых — предварительными проработками «контуров» новой АЭС в Армении. Так что, думаю, в этом плане вопросов не возникнет, и Россия инициативу поддержит.


Что касается суммы, то звучат разные оценки стоимости новой АЭС. Все будет зависеть от ее установленной мощности – будет ли она мощностью в 600 МВт, 1200 МВт или речь пойдет о более крупной станции? Выбор будет зависеть от целого ряда факторов, в том числе и геополитических. Надо будет точно понять каким окажется регион Южного Кавказа, спустя 10 лет. Будет ли это регион мира, стабильности и сотрудничества или же регион войны и распада. Лишь оценив это, можно будет правильно определить установленную мощность будущей ААЭС.


Ну, а что касается самих денег, то думаю, это вопрос решаемый. Как ни парадоксально, но в мире сегодня полно финансовых средств, а вот хороших идей на предмет того, как их потратить, действительно мало.


— Сооружение новой атомной подразумевает транспортировку довольно массивного оборудования. Удастся ли это осуществить, если учесть факт отсутствия соответствующих коммуникаций и, в частности, блокировки дорог со стороны Азербайджана?


— Совершенно правильный и очень серьезный вопрос. Полагаю, что в перспективе вполне решаемый. В конце концов, в Армению уже были доставлены такие крупногабаритные грузы, как автотрансформаторы для Разданской ГРЭС, а буквально полгода назад и крупнотоннажный новый генератор для Армянской АЭС. Оборудование доставляли морским путем – специальный транспорт проследовал из Санкт-Петербурга, обогнул всю Европу, зашел в Черное море и прибыл в Грузию, откуда железной дорогой был доставлен в Армению. Так что возможности есть и сейчас. Ну, а при разблокировке региональных коммуникационных путей — что надеюсь к тому времени произойдет, — эти возможности еще более увеличатся.


— Помимо проблемы с блокировкой коммуникаций не возникнут ли иные, связанные с соседским злопыхательством. Ведь со стороны Азербайджана периодически раздаются угрозы всячески воспрепятствовать сооружению новой атомной. А недавно соседи заявили о наличии якобы некоего международного договора, согласно которому строительство у нас АЭС будет возможным лишь если добро на это дадут все страны региона, в том числе и Азербайджан?


— Эта точка зрения восходит к упомянутой выше статье Б. Шеффер. Дело в том, что договор о всеобъемлющем сотрудничестве с Евросоюзом и Евроатомом, действительно содержит статью 42, где говорится о том, что Армения должна закрыть свою атомную станцию. Но в этой статье говорится и о том, что закрытие это может произойти лишь в случае, если взамен ААЭС будут введены замещающие мощности. А как мы уже с вами отметили в нашей беседе, замещающей мощностью АЭС – источника гарантированной мощности, может быть только электростанция, способная гарантировать свою мощность. Например, это может быть крупная ГЭС с большим водохранилищем. Но, к сожалению, природа не позволяет Армении иметь подобную возможность. И остается только сооружение новой атомной станции.


А разговоры о том, что какие-то положения договора накладывают на нас некие временные ограничения и запрет на строительство новой АЭС — совершенная выдумка г-жи Шеффер и ее друзей в Азербайджане и Турции.


— В последнее время на ААЭС обрушились, что называется, разные напасти. Незадолго до второй войны в Карабахе (в июле 2020-го) со стороны МО Азербайджана (главы пресс-службы Вагифа Даргяхлы) прозвучали заявления о намерении нанести высокоточный ракетный удар по АЭС. В феврале нынешнего года случилось землетрясение, которое ощущалось в том числе и в области, где расположен «ядерный генератор». Скажите, а так ли легко «подобраться» к нашей атомной — как нашим недругам, так и природным катаклизмам?


— Мне хочется подчеркнуть, что угрозы в адрес армянской атомной станции звучат не впервые. Однако в преддверии сентябрьской войны 2020 г случилось доселе небывалое – угроза прозвучала из уст не журналиста, не некоего отставного чина или пенсионера, а из уст официального лица, представляющего Минобороны Азербайджана. Это беспрецедентный случай, я бы сказал, в истории человечества. Подобное поведение Азербайджана заслуживает самого серьезного осуждения всего мирового сообщества.


Что касается выполнимости этих угроз, то я должен огорчить наших противников. Дело в том, что атомная станция и прилегающие районы находятся под надежной защитой совершенно уникальных противоракетных и противовоздушных комплексов, аналогов которым нет ни в одной из сопредельных стран. Подобными комплексами, если речь вести о нашем геополитическом блоке, располагают лишь в России, в Армении и отчасти в Беларуси. Так что с этой точки зрения, думаю, безопасность нашей атомной станции находится на достаточно высоком уровне.


Что касается естественных природных угроз таких, как например, сейсмическая активность, то действительно – произошедшее недавно сильное землетрясение в районе Шоржи (недалеко от озера Севан) проявилось в районе площадки АЭС где-то в районе 3-4 баллов. Но атомная станция даже не ощутила этих толчков — настолько надежно ее оборудование и системы защиты. Более того, я хочу еще раз подчеркнуть, что атомная станция спокойно продолжала работать без каких-либо аварийных сбоев даже во время крупнейшего в регионе Спитакского землетрясения 1988. А решение об остановке атомной станции было принято гораздо позже стихийного бедствия, и было вызвано исключительно возникновением в регионе геополитической нестабильности. Так что беспокойства по поводу уязвимости армянской АЭС лишены каких бы то ни было оснований. Равно как и стремление наших недругов вселить в сознание мирового сообщества уверенность в угрозе, якобы исходящей от Армянской АЭС.



Ирина Григорян

Печать

Другие новости по теме
Загрузка...