1. В первый апрельский день премьер-министр Армении Никол Пашинян совершил рабочий визит в Россию. Глава армянского правительства посетил Москву в первый раз с начала 2026 года, его переговоры с президентом РФ Владимиром Путиным в Кремле также были первыми в нынешнем году. Пашинян прибыл в российскую столицу за 12 дней до официального старта парламентской избирательной кампании, главных выборов пятилетия. Во многом их результат определит не только армянский партийно-политический ландшафт на несколько лет вперед, но и повлияет на дизайн безопасности всего Южного Кавказа.
2. Российско-армянские отношения сегодня представляют собой интереснейший кейс. С одной стороны, наследие «тостовой дипломатии» никуда не делось. Из уст высших представителей Еревана и Москвы звучат заверения в искренней дружбе, взаимопонимании и уважения. С другой стороны, накоплен такой воз проблем, который не скроешь от постороннего глаза. Здесь и интенсификация контактов Армении с США и ЕС (в спектре от «Маршрута Трампа» до предстоящего саммита Европейского политического сообщества/ЕПС), и конфликт между светскими властями и Армянской Апостольской церковью и «заморозка» армянского членства в ОДКБ. И, конечно, вопросы политической эстетики, которые, с формальной точки зрения трудно (почти невозможно) «приобщить к делу», но легко обнаружить при первом же приближении. Помните, как у Андрея Синявского (1925-1997), были «стилистические разногласия с советской властью». Таковые разночтения по стилю трудно не увидеть сегодня в российско-армянских отношениях.
3. Но политика- штука сложная. Не стоит представлять себе армянский электорат, как сообщество людей, занятых геополитическими головоломками и стремящихся при первой же возможности сделать окончательный выбор между европейской и евразийской интеграционной моделью. Многие избиратели Пашиняна и его «Гражданского договора» хотят видеть Россию партнером и другом Армении, у многих родня в Ростове и в Кисловодске, в Армавире и в Минводах, в Москве и в Питере. Для них дружба с РФ не синоним отказа от партнерства с США и ЕС. Иной раз, бывая в Ереване, в Гюмри или Эчмиадзине ловлю себя на мысли, что конструкт «Россия vs. Запад» не слишком хорошо работает в армянском социуме, там куда охотнее рассуждают о том, как Путин и Трамп усмирят, наконец, аппетиты турок и азербайджанцев. П. Поле. Иногда в него погружаться полезнее, чем строить умозрительные картинки по поводу преференций армянских избирателей.
4. И Пашинян своим визитом в Россию отрабатывает некий социальный заказ условно пророссийского сегмента своего электората. Его сигнал примерно таков: «Хотите дружбы с Москвой? Вот она, я в Кремле, общаюсь с Путиным, конструктив налицо». Это не значит, что через месяц-два он не станет с такой же бешеной энергией работать на своих условных «западников». Скоро увидим и убедимся, саммит ЕПС не за горами!
5. Встреча президента РФ и премьера Армении в Кремле- настоящее пособие по дипломатическому мастерству. Все сигналы отправлены и считаны, но при этом никаких жестких выпадов. Москва хотела бы увидеть на выборах «пророссийских кандидатов», хотя это, конечно, дело Армении. В нашей республике плюрализм и демократия, но граждане с паспортом РФ не могут стать премьерами, хоть тресни. Конечно, всяк волен выбирать себе друзей, но одновременное участие в ЕАЭС и в ЕС невозможно, а табачок в евразийской компании вкуснее. ОДКБ не посягает на азербайджанские территории, но было бы хорошо видеть его надежным защитником армянской земли. Позиции заявлены.
Москва хотела бы видеть Армению более последовательным союзником, а Ереван (по крайней мере, здесь и сейчас) стремится к большей диверсификации, хотя, как по мне лично, это превращается в идефикс. Разрыва никто не хочет. Даже если предположить, что Пашинян стремится к нему, реальных компенсаторных механизмов он, скорее всего, не получит, их просто неоткуда взять. В общем «новая нормальность» в отношениях России и Армении формируется сложно. Это, если политкорректно сформулировать…
Российский политолог Сергей Маркедонов
Телеграм-канал "Донской казак"
