Внешняя политика современной Армении трудно поддаётся оценке с позиции здравой логики и прагматизма; она не всегда ориентирована на обеспечение национальной безопасности, экономического процветания, внутренней стабильности и предсказуемости будущего государства. Курс, проводимый правительством Никола Пашиняна, подаётся обществу как освобождение от зависимости и переход к «суверенной многовекторности». Однако за громкими и популистскими декларациями всё отчётливее проступают очертания угроз и рисков экзистенциального характера.
Для государства, подобного Армении, — малочисленного, с ограниченными экономическими и военными ресурсами, находящегося в сложнейшем геополитическом окружении и имеющего нерешённые конфликты, — безопасность не может быть абстрактной категорией. Малые страны не существуют в вакууме. Они либо встроены в устойчивую систему гарантий, либо оказываются между жерновами чужих интересов.
Провозглашённый Ереваном «нейтралитет» всё чаще расходится с реальными шагами. Формально речь идёт о дистанцировании от блоковой логики, но на практике предпринимаются действия, которые в Москве воспринимаются как недружественные и направленные на вытеснение России из Южного Кавказа.
Разрыв с Россией: демонтаж без замещения
Отношения с Россией за последние годы деградировали до уровня, который ещё недавно казался невозможным. Критика пассивности Москвы в 2020 и 2023 годах могла стать поводом для сложного, но прагматичного пересмотра формата взаимодействия. Однако вместо аккуратной дипломатической коррекции был избран путь демонстративной конфронтации.
Публичные обвинения, резкая риторика, заявления о «несостоятельности» прежних механизмов безопасности сузили пространство для манёвра практически до нуля. Дипломатия — это искусство оставлять двери приоткрытыми. Сегодня многие из этих дверей демонстративно Николом Пашиняном и его командой захлопываются.
Армения продолжает оставаться членом Евразийского экономического союза. Экономические связи с Россией и другими странами союза — это рынки сбыта, льготные энергетические условия, трудовая миграция, логистические цепочки.
Политическая конфронтация с ключевым партнёром неизбежно отражается на экономике. Малое государство не может позволить себе роскошь символических жестов без расчёта их стоимости. Повышение тарифов, осложнение торговли, ужесточение миграционных правил — всё это потенциальные инструменты давления, последствия которых почувствуют граждане и бизнес.
Более миллиона армян проживают и работают в России. Их социальное и экономическое положение напрямую зависит от общего политического климата. Национальный интерес Армении предполагает защиту соотечественников за рубежом. Однако при эскалации напряжённости именно диаспора становится уязвимым звеном.
Вакуум безопасности: иллюзия самостоятельности
Армения дистанцируется от Организация Договора о коллективной безопасности, но юридически остаётся связанной обязательствами. Возникает парадокс: прежняя система ослабляется, новая — не создана.
После ухода российских миротворцев из Арцаха и сокращения присутствия российских структур на армянских границах нагрузка на собственные силы безопасности кратно возросла. Контроль рубежей с Турцией и Ираном требует ресурсов, которыми Армения объективно не располагает в избытке.
Малые государства не могут выбирать безопасность по желанию. Она либо закреплена международно-правовыми обязательствами, либо её фактически нет.
Флирт с Западом: партнёрство без гарантий
Сближение с Европейским союзом, активизация контактов с США и углубление военно-политического диалога с Францией подаются как стратегическая альтернатива прежней архитектуре безопасности.
Однако ни НАТО, ни отдельные западные державы не предоставили Армении формализованных гарантий безопасности. Учения, наблюдательные миссии, поставки отдельных вооружений — это политические сигналы, но не эквивалент статьи 5 Североатлантического договора.
Западные партнёры рассматривают Армению прежде всего как элемент региональной конфигурации — в контексте сдерживания России и Ирана. Но быть элементом чужой стратегии — не то же самое, что быть защищённым союзником.
Украинский вектор: символика и последствия
Характер внешнеполитической линии проявился и в контексте украинского кризиса. Пашинян публично заявлял, что Армения «не является союзником России в войне против Украины», подчёркивая дистанцирование от Москвы.
Знаковым эпизодом стала поездка супруги премьер-министра — Анна Акопян — в Киев в сентябре 2023 года. По приглашению первой леди Украины она приняла участие в «Саммите первых леди и джентльменов» и передала гуманитарную помощь украинским детям, включая более тысячи электронных устройств для образовательных нужд.
Формально речь шла о гуманитарной инициативе. Однако в международной политике символы нередко значат не меньше, чем договоры. Этот визит стал первым подобным шагом армянской стороны с начала конфликта и был воспринят как чёткий политический сигнал.
Региональный баланс: ужесточение среды
Разворот Еревана усиливает опасения, связанные с возможной агрессией Азербайджана и Турции. Баку, обладая значительными энергетическими ресурсами и растущим значением для Европы, укрепляет позиции как предсказуемый партнёр Запада. Это усиливает его переговорные позиции. Поэтому, Запад в случае эскалации нового конфликта ограничится лишь декларативными озабоченностями.
Одновременно осложняются отношения с Ираном, крайне чувствительным к расширению западного военного присутствия у своих северных границ. В итоге Армения рискует ослабить связи с Россией и вызвать недоверие у Ирана — двух государств, которые традиционно служили определённым балансирующим фактором в регионе.
Слова Пашиняна расходятся с делами
Нейтралитет предполагает равноудалённость и осторожность. Однако последовательность шагов армянского руководства всё чаще воспринимается как участие в стратегии по изменению баланса сил на Южном Кавказе.
В результате страна оказывается не «над схваткой», а внутри новой конфронтационной линии — без формальных гарантий и с ослабленными прежними связями.
Государство не может жить иллюзиями
Суверенитет — это не только право выбора, но и способность обеспечить какие-то положительные последствия этого выбора. Малые государства, находящиеся в сложной геополитической среде, обязаны действовать предельно прагматично.
Сегодня Армения демонтирует прежнюю, пусть несовершенную, но функционировавшую систему безопасности, не создав новой. В условиях недружественного окружения это означает не усиление независимости, а рост уязвимости.
Национальный интерес требует холодного расчёта, баланса и постепенности — создания новых связей без сжигания старых мостов. Пока же курс, проводимый Николом Пашиняном, всё более напоминает движение к экзистенциальным рискам и угрозам, где провозглашённый нейтралитет превращается в рискованную авантюру, а цена возможных ошибок может оказаться чрезмерной для государства и нации.
Источник: Трибунал
