Газета «Жоховурд» пишет:
«Ограничения в работе журналистов в Национальном Собрании вступают в новую фазу. Газете «Жоховурд» стало известно, что решением временно исполняющего обязанности председателя НС, вице-спикера Рубена Рубиняна утверждены новые правила безопасности в здании и на территории резиденции парламента, ряд положений которых напрямую касается профессиональной деятельности аккредитованных журналистов.
Новые правила фактически еще больше ограничивают свободу передвижения и работы представителей СМИ в парламенте: аккредитованные журналисты могут осуществлять профессиональную деятельность только в специально отведенных местах. Для работы в других зонах необходимо получить разрешение руководителя аппарата — генерального секретаря НС.
Это означает, что аккредитации, которая сама по себе должна давать журналисту право на профессиональную деятельность в парламенте, теперь недостаточно. В ряде случаев журналист будет вынужден запрашивать дополнительное разрешение у той самой структуры, чью деятельность он освещает и подвергает общественному контролю.
Но на этом ограничения не заканчиваются. Для обеспечения присутствия журналистов на заседаниях постоянных комиссий НС список их имен должен быть представлен как минимум за два часа до начала. А в так называемых «зонах особого контроля» профессиональная деятельность журналистов запрещена вовсе.
Возникает вопрос: по каким критериям будут определяться эти зоны, насколько ограничения соразмерны реальным требованиям безопасности и не превратятся ли они в административный инструмент для того, чтобы держать журналистов подальше от депутатов и чиновников?
Наиболее проблемным выглядит запрет на видео- и фотосъемку сотрудников Службы государственной охраны (СГО) при исполнении ими служебных обязанностей. Именно журналистские камеры неоднократно фиксировали инциденты в парламенте, применение силы против оппозиционеров, препятствование работе прессы и другие общественно значимые события. Теперь в подобных ситуациях съемка может быть просто запрещена на том основании, что в кадр попадает сотрудник СГО, выполняющий свою работу.
В правилах также закреплено, что лицам, находящимся на территории охраняемого объекта, запрещается «необоснованно вмешиваться или иным образом мешать нормальной работе Национального Собрания», «допускать оскорбительные выражения» и не выполнять законные требования сотрудников службы охраны. То есть аппарат НС взял на себя еще и редакционные функции: он будет решать, что является оскорблением, а что нет.
Однако формулировка «необоснованное вмешательство» применительно к работе журналистов может стать крайне спорной, если не определены её правовые границы. Острые вопросы, следование за депутатом по коридору, повторные вопросы или требование ответа не должны по административному усмотрению квалифицироваться как поведение, мешающее работе парламента. Хотя очевидно, что именно так и будет.
Еще одно важное положение касается внешнего вида. От посетителей НС требуется «надлежащий внешний вид».
Запрещается вход не только в спортивной или рабочей одежде, но и в «ненадлежащей, не представительской одежде». Кто и по каким критериям будет решать, является ли одежда «представительской», в правилах не уточняется. Подобные оценочные формулировки всегда несут в себе риск произвольного применения.
При этом правила весьма конкретны в вопросах привилегий. Право входа и выхода через КПП на улицах Баграмяна и Демирчяна без досмотра имеют президент республики, премьер-министр, председатель НС, Католикос всех армян, а также ряд высокопоставленных чиновников и сопровождающие их лица. Автомобили президента, премьера и спикера НС также проезжают без досмотра.
Для журналистов же установлен даже отдельный временной интервал пребывания в парламенте — с 08:00 до 19:00. Если заседание НС продолжается, они могут оставаться до его завершения.
Всё это преподносится как регламентация безопасности, однако безопасность не может служить универсальным оправданием для того, чтобы загонять журналистскую деятельность в рамки административных разрешений, спецзон и туманных формулировок.
Национальное Собрание — это не обычное административное здание. Это ключевая площадка для политических дискуссий, общественного контроля и подотчетности, а журналисты в парламенте — не просто «посетители». Они находятся там, чтобы передавать информацию обществу, задавать вопросы депутатам и фиксировать процессы, которые гражданин не может увидеть лично.
Поэтому проблема не только в том, в каком коридоре НС может стоять журналист или где ему разрешено включить камеру. Вопрос гораздо более принципиальный: не возводит ли парламент под предлогом безопасности очередной физический и административный барьер между журналистом и представителем власти?
Если аккредитованному журналисту разрешено работать только в заранее отведенных местах, для перехода в другое место требуется санкция генсека, в ряде зон профессиональная работа полностью запрещена, а съемка действий сотрудников СГО ограничена — значит, речь идет не только о «правилах безопасности». Речь идет о существенном сужении возможностей для журналистской деятельности в парламенте.
И здесь власти должны ответить на простой вопрос: от кого защищается Национальное Собрание — от реальных угроз безопасности или от камер журналистов и неудобных вопросов?»
