В Армении фактически дан старт очередной парламентской избирательной кампании, которая проходит в беспрецедентных и крайне сложных для страны геополитических реалиях. На фоне незатихающих споров о внешнеполитическом курсе, болезненных региональных трансформаций и давления на традиционные национальные институты — в частности, на Армянскую апостольскую церковь — армянскому обществу вновь предстоит сделать стратегический выбор. Однако готовы ли политические силы предложить гражданам реальную альтернативу, и можно ли в текущих условиях говорить о подлинно конкурентной борьбе? Почему предвыборная агитация разных лагерей парадоксальным образом стала похожа друг на друга, и какую роль в формировании будущего расклада сил играют внешние акторы? О деградации партийных институтов, феномене «заочной» предвыборной кампании лидеров оппозиции, уникальных геополитических парадоксах поддержки действующей власти и путях преодоления опасного внутреннего раскола в обществе в интервью VERELQ рассказывает Артур Атанесян. доктор политических наук, заведующий кафедрой прикладной социологии Ереванского государственного университета. На фото Артур Атанесян, источник: www.ysu.am VERELQ: Господин Атанесян, как вы оцениваете старт парламентской избирательной кампании в Армении в нынешних реалиях? Можно ли, по вашему мнению, говорить о равной и конкурентной избирательной среде для власти и оппозиции в Армении? Артур Атанесян: Мне кажется, что на данном этапе об этом можно говорить. Даже если посмотреть на уличные рекламные постеры, они предоставляют абсолютно одинаковую общую информационную площадку для всех основных кандидатов, которые были готовы оплатить свою рекламную кампанию. Не все могли позволить себе такие расходы, но визуально все основные субъекты представлены абсолютно одинаково, даже в цветовой гамме. Иногда возникает чувство, что это представители одной политической силы: на вращающихся уличных постерах мы поочередно видим премьер-министра Армении Никола Пашиняна как кандидата от правящей партии, затем крупного армянского бизнесмена, лидера оппозиционного блока "Сильная Армения" Самвела Карапетяна, потом Армана Татояна (бывшого защитника прав человека (Омбудсмен) Армении, ставшего активным общественно-политическим деятелем).  Складывается ощущение, что используются одни и те же цветовые гаммы, и с ними работает один и тот же специалист по связям с общественностью. Для меня это странно и неправильно с точки зрения эффективности агитации: я бы посоветовал им не делать одинаковых вещей, потому что в общественном восприятии так стирается грань между оппозицией и властью. Однако реальная политическая работа, которая проводится правящей и оппозиционными силами, невидима, и она будет неодинаковой. Административный ресурс в Армении традиционно используется той силой, которая пытается переизбраться, и, думаю, так будет и сейчас. VERELQ: В контексте равной политической борьбы регулярно поступают сообщения об использовании властью административного ресурса и механизмов правоохранительных органов, власти же обвиняют отдельные оппозиционные силы в подкупе голосов. Вы это наблюдаете, и создает ли это препятствия для равноправной борьбы? Артур Атанесян: Я считаю, что в любом государстве предвыборная кампания, видимо, проводится схожим способом: правящие элиты всегда могут придумать поводы, чтобы оказать некоторое давление на оппозицию. Но и оппозиция имеет свой особый ресурс - это «развязанные руки». Она может позволить себе в риторике и действиях больше, чем власть. Оппозиция отражает лишь часть общества, тогда как правящая элита обязана руководствоваться общими интересами страны и скована государственными рамками. Поэтому я считаю, что армянская оппозиция могла бы делать в предвыборной кампании гораздо больше, чем она делает сейчас. VERELQ: Один из представителей оппозиции, Самвел Карапетян, который считается главным конкурентом власти на этих выборах, проводит избирательнюю кампанию в, скажем так, полусвободном состоянии (он находится под следствием и помещен под домашний арест). Как этот фактор влияет на предвыборную ситуацию? Артур Атанесян: Думаю, что это, конечно, плохо. Но, с другой стороны, он не один в своей политической силе — у него есть команда. Кроме того, он периодически выступает с видеообращениями и речами перед избирателями. Ограниченность собственным домом все же позволяет ему выходить в информационное поле. Он довольно открыто реализует свою коммуникативную активность, и если избирателю нужно послушать лично его, у него есть такая возможность. VERELQ: По мере развития кампании наблюдаются ли в оппозиционном лагере какие-то центры притяжения, которые кристаллизуют это политическое поле, или всё пока остается разобщенным? Артур Атанесян: Центры притяжения связаны с их традиционной эффективностью: в этом плане это и Гагик Царукян, и Роберт Кочарян, и теперь уже лично Самвел Карапетян, ну и, безусловно, сам Никол Пашинян. (Гагик Царукян — крупный бизнесмен и лидер партии «Процветающая Армения». Роберт Кочарян — второй президент Армении (1998–2008 гг.) и лидер оппозиционного блока «Армения» (Hayastan) - справка от редакции). Эти личности обеспечивают политический вес и авторитет своим силам. К сожалению, у нас ничего в этом плане не изменилось: политическая партия по-прежнему ассоциируется исключительно с личностью ее руководителя, а полноценная институционализация партий так и не осуществилась. Такова наша политическая культура. Все остальные небольшие партии тоже представлены в первую очередь определенными персоналиями. Грубо говоря, есть основная структура политического поля, а есть «скамейка запасных», которые сидят и ждут, пока их вызовут, как в футболе. VERELQ: Какие альтернативные политические сценарии могли бы реализоваться, которых мы сейчас не наблюдаем? И какую роль могла бы сыграть открытая или скрытая поддержка со стороны церкви? Ведь отношения между правительством Никола Пашиняна и Армянской апостольской церковью остаются крайне напряженными после окончания войны 2020 года. Духовенство неоднократно подвергало власть жесткой критике и поддерживало оппозиционные движения, выступающие против территориальных уступок, власти в  ответ обвиняют церковь во вмешательстве политику. Артур Атанесян: Я ожидал от оппозиционных партий значительно большей консолидации вокруг защиты церкви, но сейчас этого абсолютно не наблюдаю. Изначально казалось, что многие из них вышли в активное политическое пространство именно благодаря прецеденту сильного прессинга на церковь, выступая как оппозиция через ее защиту. Но когда прессинг со стороны властей уменьшился, партии перестали активно взаимодействовать друг с другом. Их лозунги в защиту армянской церкви были правильными и похожими, но сейчас эта аргументация в их риторике ослабла, и реальной консолидации так и не произошло. VERELQ: Как нынешняя политическая ситуация и уровень конкурентности повлияют на доверие общества к итогам выборов? Насколько они будут легитимны в глазах общественности? Артур Атанесян: В этот раз я вижу прямую поддержку правящей партии со стороны европейских партнёров, выраженную не только в поведении лидеров стран Европейского Союза, но и в государственной поддержке через финансирование и общие планы, выстроенные лично с премьер-министром Армении. (Внешнеполитический курс Армении в последние годы характеризуется активным сближением с Западом (ЕС и США) и одновременными попытками подписать мирный договор с Азербайджаном и нормализовать отношения с Турцией. Оппозиция считает такой курс гибельным и обвиняет власть в сдаче суверенитета - справка от редакции) Также мы впервые в нашей истории наблюдаем опосредованную поддержку правящей партии со стороны Турции и Азербайджана — такого никогда не было. А кто из внешних сил выступает за оппозицию? Никто. У правящей элиты есть абсолютное международное преимущество: уверен, что за результаты выборов в их пользу будут выступать и наблюдатели от Европейского Союза. Если же результаты будут не такими, как им хочется, они могут их не признать. Предвыборная кампания идет очень необъективно. Если раньше мы считали, что демократические страны объективно оценивают прозрачность электоральных процессов, то нынешняя нацеленная поддержка правящей силы со стороны Европейского Союза кажется мне недемократичной. Главенствует не демократия, а интересы определенных региональных сил, которые реализуются через механизмы выборов. VERELQ: То есть вы воспринимаете недавние европейские саммиты Европейксого политического сообщества и Армения-ЕС в Ереване и заявления в Ереване как поддержку правящей партии авансом? Артур Атанесян: Да, безусловно. Эти саммиты использовались лидерами европейских стран для выражения поддержки конкретной политической силе в ущерб ее альтернативам, а не для поддержки армянского народа или института демократических выборов в целом. В этом плане демократия со стороны европейских стран оказывается на практике не такой, какой декларируется на словах. Плюс ко всему сложилась уникальная и сложная геополитическая конфигурация: Азербайджан, Турция и Франция, находящиеся в глубоких противоречиях друг с другом, вдруг стали поддерживать одну и ту же правящую партию в Армении. Оппозиция подобной уникальной внешней поддержкой не обладает. VERELQ: В Армении сейчас наблюдается сильная поляризация общественных настроений, доходящая вплоть до открытой вражды между различными лагерями. Спадёт ли эта поляризация по итогам выборов, или проблема раскола останется? Артур Атанесян: Мне кажется, эта поляризация просто перенесется в стены парламента и продолжится уже после выборов между правящей силой и новыми оппозиционными партиями. Сама по себе в обществе она не спадет. Я бы очень хотел, чтобы сообщество политологов, учёных, интеллектуалов и ведущих средств массовой информации поставило перед всеми без исключения политическими силами жесткое условие: «Мы вас изберем, только если вы перестанете вносить конфликтность в наше общество и будете придерживаться рамок элементарного приличия в любых обсуждениях». Сегодняшняя оппозиция, к сожалению, ничем не лучше власти в плане деления граждан на «чёрных» и «белых», своих и чужих. Главный посыл ко всем кандидатам должен быть следующим: предвыборная кампания ни в коем случае не должна выходить за рамки единой задачи сохранения армянского государства, а не обслуживания узких партийных интересов. Я уверен, что такой созидательный посыл понравился бы обществу и был бы с благодарностью принят любым его сегментом.