Глава ВСС: политические силы всегда хотят подмять под себя судебную систему

Автор: Verelq News

Что Армения может взять от российской судебной системы, а Россию заинтересовать в армянской? Почему глава Высшего судебного совета (ВСС) против расширения своих полномочий? Как глава ВСС относится к «веттингу» и резонансным реформам властей в судебной системе?


На эти и другие вопросы ИАЦ VERELQ ответил председатель Высшего судебного совета Армении Рубен Вардазарян.


У вас прошли встречи в Москве с представителями судебной системы России. Что обсуждалось на этих встречах? И на каком уровне находится сотрудничество между судебными системами Армении и России?


Судебные власти Армении и Российской Федерации в последний раз встречались и обсуждали злободневные темы 17 лет назад. 17 лет достаточно долгая пауза, это даже нельзя назвать паузой, это был просто «стоп», и мы сейчас после долгого молчания возобновили наши отношения с Верховным судом РФ, и вообще с судебной властью России.


Обсуждали практически все. Эта встреча была больше ознакомительной, обсуждались институциональные вопросы. Ничего конкретного в плане сотрудничества не обсуждалось, но достигли договорённости, что уже рабочими группами будем обсуждать дальнейшее сотрудничество.


Рассмотренный спектр вопросов очень широк. Основное, что нас интересовало, сколько граждан Республики Армения судится или осуждается на территории Российской Федерации, или российских граждан судится в Республике Армении.


Наше сотрудничество с судебной властью России началось месяцев шесть назад, когда мы познакомились с председателем пятого гарнизонного суда Южного военного округа Российской Федерации, который базируется в городе Гюмри на территории 102-й военной базы. Всё наалось с этого знакомства и сотрудничества, и вот сейчас мы уже были гостями председателя Верховного суда Российской Федерации. Мы официально пригласили делегацию судебной власти России в Армению с ознакомительной поездкой, чтобы они на месте увидели, что и как у нас происходит. И дальше рабочими группами будем обсуждать конкретные вопросы конкретного сотрудничества.


Вы сказали, что 17 лет не было сотрудничества между судебными системами России и Армении. А в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС) или СНГ не было взаимодействия?


Во-первых, в этой сфере нет такого активного сотрудничества. Во-вторых, это всегда однодневные официальные визиты, когда люди просто здороваются друг с другом и у них не бывает времени обсуждать злободневные темы. Но очень важно обсуждение именно в двухстороннем формате, не в конвенциональном смысле в рамках СНГ или ЕАЭС. Это не тот формат, в котором можно достигнуть реальных результатов. «Двухсторонка» более эффективна.


Что, по Вашему мнению, армянская сторона может взять от судебной системы России, а что Россию может заинтересовать в судебной системе Армении?


Вопрос очень сложный, но я постараюсь в двух словах ответить. Нам очень понравилась система финансирования судебной власти Российской Федерации. Оказывается, что в России принят федеральный закон о финансировании судов и судебной власти вообще. Это очень интересно, очень классно, это обговаривается законом, и никакая власть, политические перипетии не могут повлиять на финансирование судебной  системы. А если бюджет судебной системы не будет бюджетом развития, то о развитии не может быть и речи. Вот как это все происходит в России - нас очень заинтересовало. Мы даже попросили все эти документы, которые относятся к финансированию, чтобы постараться как-то приобщить или иметь что-то наподобие этого. Естественно, мы будем это применять в нашем законодательстве или постараемся применить.


Что они могут взять у нас? Я скажу одну такую вещь, может это прозвучит и нескромно, но, все-таки, я думаю по многим вопросам, относящимся к независимому суду, можно перенять и у нас. Как можно поэтапно, черепашьими шагами приобретать эту независимость от власти.


Вы сказали о независимости судебной системы в Армении, но мы видим реформу в судебной сфере, которые инициируют армянские власти, призванные расширить полномочия Высшего судебного совета. И вы, будучи главой ВСС, почему-то против расширения своих же полномочий. Почему?


Наверное это будет звучать как слова безнадёжного романтика, но я считаю, что расширение полномочий в том контексте, который сейчас обсуждается, не будет способствовать развитию независимой судебной системы. По моему личному мнению, я сейчас не выражаю мнение Высшего судебного совета, не может быть одного органа, который сам возбуждает дисциплинарное производство, расследует дисциплинарное производство, это дело, и в конце выступает как суд и выносит решение о наказании или помиловании. В этом случае получаются три функции у одного органа, что противоречит, по моему мнению, и конституции, и здравому смыслу, и вообще концепции судебной системы. Если аналогию перевести не на судебную систему, власть, а на другие человеческие отношения, общественные, допустим прокуратуру, получается, что прокурор должен иметь право возбудить уголовное дело, вести расследование, и в конце вынести решение об осуждении того или иного лица. Такого просто не может быть. А если сравнивать с гражданским судопроизводством, то это тоже самое, если бы суд был и истцом. Вот то, что предлагают и называют расширением полномочий, я думаю, противоречит концептуальному принципу. На первый взгляд я должен радоваться, что полномочия ВСС расширяются. Но на самом деле это означает держать судебную власть на коротком поводке и всегда иметь рычаг давления на конкретного судью.


Но если вспомним Ваше недавнее посещение парламента, складывалось ощущение, что власти не очень довольны тем, что судьи стали независимыми. Что наоборот, они хотят подконтрольных судей. Нет ли опасений, что после выборов, если действующие власти останутся, они будут предпринимать шаги чтобы получить удобную им судебную систему?


Испокон веков было так. Со времён первобытнообщинного строя было так: кто сильнее, тот пытается подмять под себя судебную власть. Как было в первобытном строе? У кого рука длиннее, у кого рука сильнее, тот и осуществлял правосудие. Потом в течение веков, тысячелетий, судебную власть отделили от исполнительной и выделили в отдельную ветвь власти. Но опять-таки, всегда политическая власть хочет иметь под собой судебную власть. Это было так, это есть, и будет продолжаться. Хорошая судебная система, сильная судебная система, всегда борется с этим. И вы сейчас являетесь очевидцем этого процесса. Всегда политические силы, и это не обязательно власть, это может быть и сильная оппозиция,  хотят подмять под себя судебную систему. Мы с этим боремся, и все что вы видите и слышите в последнее время по поводу судебной системы, власти, является результатом этой борьбы.


Вы являетесь сторонником «веттинга» судей, хотя многие другие юристы считают, что это может нанести мощный удар по судебной системе Армении. Почему Вы за «веттинг»?


Давайте не бояться этого слова «веттинг». Это иностранное слово, которое очень многим кажется чуждым, и они начинают не понимать, что это такое, бояться «веттинга». А это всего лишь фильтрация, отсев, чтобы очистить судебную систему от непорядочных судей, чтобы в судебной системе работали порядочные люди. Вот основная идея «веттинга», и я его сторонник. Сейчас я надеюсь, что обе стороны, даже третья сторона, это неправительственные общественные организации, которые делают погоду у нас в армянском обществе, власть, оппозиция, гражданское общество, после «веттинга» все сядут вместе и скажут: после этого мы доверяем нашей судебной системе и не обсуждаем решения судов. Я даже очень часто говорю, что нужен не только «веттинг», но может нужна и полномасштабная люстрация, чтобы очиститься и после этого начать новый этап, чтобы все доверяли (судебной системе).


А в Армении есть достаточное количество кадров, которые могут возместить тех судей, которые уйдут в результате «веттинга»? Ведь часто звучит жалобы, что суды перегружены, что есть нехватка судей, что квалифицированные юристы не хотят становиться судьями.
 
Вы наступили на больную мозоль. Нет, в Армении нет столько кадров, чтобы отфильтровать и назначить новых судей. Я вам просто приведу цифры, которые покажут, где катастрофа, где проблема. Недавно мы объявили конкурс на 13 вакансий судей по уголовному судопроизводству. Обратились, заявление написали 7 человек, письменный экзамен сдали только трое, а устное собеседование прошёл лишь один. То есть профессиональные, квалифицированные юристы не хотят работать судьями. И это действительно проблема. Мы сейчас не ощущаем, так как всего две вакансии, а когда через год у нас будет 10-15 или 20 вакансий, а это уже 10%, вот тогда судебная власть согнётся под тяжестью. Невозможно будет при таком количестве вакансий обеспечить нормальный процесс правосудия.


Как Вы относитесь к другой резонансной инициативе армянский властей – инуституту специализированных судей, которые будут рассматривать вопросы арестов, обысков, прослушку телефонов, обслуживать оперативные органы в рамках закона «Об оперативной деятельности»?


Если нам дадут новые штаты и будем специализировать судей, то я отношусь достаточно положительно. Но для этого нам нужны новые штаты, новые здания судов, так как мы просто не имеем возможностей разместить новых судей. Вот я сравнивал здания российских судов и наших - это небо и земля. У нас фонд недвижимости, где сидят судьи,  пришёл в захолустное состояние. Нам нужны новые здания, новые штаты, новые помощники судей. На это все потребуется финансирование.


А вообще, политические силы хотят политизировать этот вопрос. Почему я не хочу политизировать? Потому что Высший судебный совет должен будет выбирать этих судей, у которых будет такая более узкая специализация. А мы выберем честных и порядочных людей. Что тут политизировать?


Власти хотят создать Антикоррупционный суд и внедрить механизм досудебной конфискации незаконно нажитого имущества. В соседней Грузии властям пришлось расплачиваться за имущество, отобранное при Михаиле Саакашвили у людей с помощью различных механизмов, в том числе и досудебных. Нет ли такой опасности в Армении, что за решения нынешней политических властей придётся затем нести ответственность судебной системе и вообще государству Армения?


Вопрос политический и я на него не буду отвечать, на политическую часть. Я отвечу на юридическую составляющую вопроса. Конечно, есть такая вероятность, что нам не удастся. Поэтому прежде чем принимать законы и создавать какие-то новые органы нужно реально оценивать ситуацию, оценить базу, на которой это все будет строиться, и не революционными шагами идти вперед, а размеренными, обоснованными, мотивированными и в рамках конституции, закона и основных прав и свобод человека. Все если это будет соответствовать, то не сразу, не одномоментно, а постепенно и продуманно, то можно достичь хороших результатов. А если будут делать как в Грузии - взять меч и начать рубить головы, то, думаю, будет тоже самое.


Что стало с вашим делом против депутата Армана Бабаджаняна?


Я написал письмо председателю парламента Арарату Мирзояну и потребовал, чтобы была создана специальная комиссия по этике, чтобы обсудить вопрос Армана Бабаджаняна. Я не буду сидеть на месте и после приезда в Ереван, сроки уже подходят, если не будет ответа из парламента, то напишу второе письмо, напомню, что мое письмо осталось без ответа.


А есть вероятность того, что обратитесь в суд?


Конечно, я могу обратиться в суд. По моему мнению, это будет настолько обоснованный иск, что любой суд в любой стране удовлетворит его. Но я не хочу ставить в неудобное положение моих коллег судей. Потому что после любого решения, которое они примут, тот же Бабаджанян будет трезвонить на всю страну, что «ну конечно суд принял в производство дело председателя Высшего судебного совета, естественно иск будет удовлетворен, естественно с меня взыщут какие-то деньги, и я буду вынужден просить прощения». Чтобы отгородить судебную власть от Армана Бабаджаняна, я не хочу его близко подпускать к ней. Пусть его вопрос решают его коллеги парламентарии. Насколько возможно его нужно отстранить и не допустить приблизиться к судебной власти.


Айк Халатян


 


 

Печать

Другие новости по теме
Загрузка...