Заявление Алиева об изучении азербайджанскими специалистами возможности размещения в Армении новых ЛЭП с целью поставки электроэнергии вписывается в логику авантюры под названием TRIPP.
Впрочем, инициатива эта авантюрна исключительно для Армении. Ибо интересы Азербайджана - выход в Нахичевань, диверсификация поставок газа пр. - очевидны. Интересы Турции - беспрепятственный выход на транспортную сеть Азербайджана и расширение присутствия на Каспии - очевидны не в меньшей степени. Интересы глобальных интересантов, прежде всего США, - и вовсе выбиты большими буквами на фасаде проекта, а именно - ограничение самостоятельного выхода ЕС в Центральную Азию.
Что получит от TRIPP Армения?
Оказывается, электроэнергию из Азербайджана. Читай - потерю энергетического суверенитета. Который худо-бедно у Армении пока что есть. Благодаря АЭС, разумеется.
И именно здесь – самый интересный эпизод сюжета. Прямая цитата: «Основным источником энергии в Армении сегодня остается атомная электростанция, управление которой находится не в руках армянской стороны». Во-первых, помощникам Алиева следовало бы более детально погрузиться в суть вопроса при подготовке тезисов. Начиная с 2013 г., после ухода «Интер РАО», Армянская АЭС полностью находится под управлением армянской стороны. Во-вторых, значение АЭС для Армении не в том, что она – основной источник энергии (количественно основными источниками выступают ТЭС – это более 40% генерации против 30% АЭС), а в том, что АЭС – это стратегический статус. Статус единственной в регионе страны, развивающей «мирный атом».
И далее: «станция устарела и представляет потенциальную угрозу для всего региона». Старая пластинка. Старая и безвкусная. Крутится она с 1994 г. Главный наднациональный институт – МАГАТЭ – не раз давало положительную оценку работе и позже – модернизационным работам, проводимым сейчас на 2-ом энергоблоке Армянской АЭС. И продление его эксплуатации до 2036 г. также согласовано с МАГАТЭ. К слову, энергоблок располагает потенциалом продления срока еще на 10 лет, и это, при проведении Ереваном правильной энергетической политики и дипломатии, вполне реальная перспектива.
Выпады Алиева против Армянской АЭС с обещаниями поставок электроэнергии через TRIPP следует воспринимать прежде всего в политическом ключе.
Во-первых, демонтаж армянского «мирного атома» означает лишение Армении не только стабильной генерации, но и доступа к ядерным технологиям, выходящим далеко за пределы сугубо энергетики.
Во-вторых, упоенный успехами на карабахском направлении, Алиев видит в АЭС одну из несущих конструкций национальной безопасности Армении. Которую следует снести.
В-третьих, строительство АЭС в Азербайджане – вопрос времени. В Баку на официальном уровне уже заявили о возможности включения атомной энергетики в энергобаланс страны. Для Азербайджана это превращается в необходимость, учитывая амбиции по поставкам «зеленой» электроэнергии в Европу по Черноморскому кабелю (согласно таксономии ЕС, атомная энергетика - чистый переходный источник энергии).
Словом, мотивы Алиева понятны.
А что Ереван?
Прежде всего, поражает отсутствие симметричного ответа в духе «Армения – суверенная страна и сама определяет структуру своего энергобаланса и пр.»
С другой стороны, сложившаяся вокруг Армянской АЭС в последние годы ситуация более чем способствует алиевской риторике. Да, в стратегической программе развития энергетики Республики Армения до 2040 г. есть пункт о «мирном атоме». Однако на деле ситуация в отрасли близка к тупиковой. Не в операционном смысле. В стратегическом.
Официальный Ереван заявляет о решении построить малый модульный реактор (ММР). Подписывает с Вашингтоном соответствующее соглашение. И даже фальсифицирует заявление вице-президента Вэнса о грядущих американских инвестициях (9 млрд долл. США) в отечественную атомку. Однако через пару дней после официального визита Вэнса, выступая в Национальном собрании, Пашинян заявляет о возможности продлить срок эксплуатации Армянской АЭС до 2046 г. И это было бы стратегически верное заявление, если бы стало лейтмотивом последовательной политической линии.
Ничего подобного.
Далее – вновь заявления о строительстве ММР, о поисках партнеров – от Франции до Южной Кореи.
Что получаем в сумме?
Верно, открытую демонстрацию стратегической неопределенности.
Тогда как, если исходить из того, что срок эксплуатации действующего энергоблока продлен до 2036 г., то сегодня – как минимум – должна была быть выбрана конкретная технология, определен круг партнеров и набросано ТЭО. Ибо с учетом этапов проектирования, лицензирования и согласований весь процесс от задумки до запуска ММР может растянуться на 7-10 лет.
Вдобавок ко всему – либерализация электроэнергетического рынка, позволяющая частным трейдерам, получившим лицензии от правительства, заниматься импортом электроэнергии для сбыта на внутреннем рынке.
Все эти обстоятельства демонстрируют отсутствие в Армении определенной политики в сфере «мирного атома». Что служит хорошим поводом для энергоэкспансионистской риторики Баку.
Эксперт по энергетической безопасности Ваге Давтян
