Заявление посла Ирана меняет восприятие дела Царукяна

«Мы хотели основать совместный армяно-иранский торговый центр, в работу которого были вовлечены и иранцы, и Гагик Царукян. С сожалением должен отметить, что у сторон возникли определенные экономические разногласия. Мы пытались сделать все возможное, чтобы через консенсус и уступки достичь соглашения; до недавнего времени я был на связи с обеими сторонами. В любом случае, поскольку сейчас мы имеем дело с уголовным делом, надеемся, что на основе доказательств удастся решить вопрос и прийти к какому-либо результату.

Мы бы вовсе не хотели, чтобы в контексте наших отношений осталось какое-либо черное пятно. Нам нежелательно, чтобы неудачный опыт бизнес-деятельности между гражданами двух стран представлялся в общественном мнении так, будто граждане Армении и Ирана не смогли работать друг с другом и теперь имеют разногласия», — заявил сегодня посол Ирана в Армении, отвечая в ходе пресс-конференции на вопрос о деле Гагика Царукяна.

В этом деле также фигурируют разговоры о проекте армяно-иранского торгового центра и связанных с ним процессах. Согласно официальной версии, там имели место мошенничество, хищения, отмывание денег и прочее, в чем обвиняют Царукяна. Сам Царукян считает эти обвинения надуманными.

Однако реакция посла Ирана, по крайней мере внешне, довольно многозначна, крайне многозначна. И в этом контексте я, конечно, обращаю внимание на тот факт, что действия против Гагика Царукяна фактически были предприняты после визита Никола Пашиняна в Иран (по случаю похорон).

У меня уже был повод обратить внимание на то обстоятельство, что действия против Царукяна сопровождались визитом в Екатеринбург. Но заявление посла Ирана — повторюсь, сделанное в весьма многозначительной тональности — заставляет «взглянуть» также на юг, на визит Пашиняна в Иран и последовавшие за этим резкие действия в Ариндже. Не высказали ли в Тегеране некие «ожидания» в этом направлении?

Политический обозреватель Акоп Бадалян