1. На сайте Бакинского исследовательского института (Baku Research Institute) 24 марта была размещена статья «Между Турцией и Израилем: стратегическая дилемма Азербайджана и потенциальные возможности для Москвы». И хотя мнение представителей данной структуры не может рассматриваться как официальная позиция Баку, а автор текста Алтай Гоюшов- фигура явно не киссинджеровского масштаба, данная работа заслуживает интереса. В ней сфокусированы тезисы, которые буквально разлиты по социальным сетям и различным виртуальным медиа-платформам. Иранский военно-политический кризис показал определенные разночтения между Турцией и Азербайджаном. Но достаточное ли это основание для вывода о системном кризисе этого альянса?
2. Начну с некоторых методологических сюжетов, немного скучных, но полезных, особенно для начинающих экспертов. Очень часто комментаторы оказываются заложниками повестки сегодняшнего дня и, как следствие, начинают трактовать актуальные события как нечто принципиально новое. В итоге создается искаженное (если, упрощенное это бы еще полбеды) представление. Теперь перейдем к сути дела.
3. Отношения между Азербайджаном и Турцией в течение всего постсоветского периода были (и остаются) стратегическими и союзническими. Но разночтения внутри «тюркского тандема» возникли намного раньше, чем прилеты беспилотников в Нахичевань в марте 2026 года. Вспомним «футбольную дипломатию» и различия в подходах Анкары и Баку к армяно-турецкой «нормализации». Между тем, в 2009 году они публично освещались намного более активно, чем сегодняшние разночтения по «иранскому делу». Азербайджан и Турция, всякий раз, когда возникали обострения в Ливане или в Газе демонстрировали разные подходы к действиям Израиля, а также его противников «ХАМАС» и «Хезболлы». И уж точно высшие азербайджанские представители не сравнивали израильских руководителей с деятелями нацистской Германии. И здесь, что называется, начиная от «Литого свинца» 2008-2009 гг. до Газы-2023. Добавим к этому разные подходы к международной легитимации Турецкой республики Северного Кипра, оценкам перспектив Организации тюркских государств, ревизии принципов лаицизма внутри Турции.
4. Таким образом, разночтения были и будут. Но всякий раз свет и тени сменяли друг друга. За 2008-2009 гг. последовали 2016, 2020 и 2023 гг., укрепившие тюркский тандем и сделавшие его важным фактором сразу на нескольких региональных «досках» (Закавказье, Ближний Восток и Центральная Азия). Важно понимать, что даже серьезные расхождения по Ирану не отменят ни высочайшего уровня военно-дипломатической кооперации и интеграции турецкой и азербайджанской систем, ни общих интересов на российском, американо-европейском и других направлениях. Та же сирийская тема, к которой Баку проявлял крайнюю осторожность в итоге не оттолкнула, а сблизила союзников. Израиль- важный партнер Азербайджана, но по многим параметрам он не заменит полностью Турцию, здесь речь может идти о «добавленной» стоимости!
5. Важно понять две принципиальные вещи. Для азербайджанской власти (по крайней мере, алиевского извода) суверенитет – высшая ценность. И пойти по пути превращения в вилаят Нео-Османской империи в Баку не хотят. Но без иллюзий. Это, конечно, обеспечивает заинтересованность азербайджанских элит к взаимодействию с Россией (поэтому-то «кризис эмоций» и был купирован, правда со всеми положенными риторическими экзерсисами). Но этот интерес будет реализоваться на основе взаимодополнения, по принципу «вместе, а не вместо».
6. И, конечно, экспертную леность и стереотипность надо гнать. И не тиражировать для кого-то удобные, но не вполне релевантные идеи о бакинских «вассалах» Анкары или полагать, что разные подходы союзников неизбежно ведут к разрыву. Любой стратегический альянс- это не застывшая реальность, а постоянно меняющийся процесс. Прямо, как в семье, где ссоры и даже битье посуды не тождественны разводу!
Политолог Сергей Маркедонов
Телеграм-канал "Донской казак"
