В последнее время наблюдается резкое обострение противоречий между правительством Никола Пашиняна и Армянской Апостольской церковью. Если раньше противостояние политической власти с церковью носило во многом подковерный характер, то с новой волной протестного движения, возглавляемого высокопоставленным церковным иерархом, архиепископом Багратом Галстаняном, нападки на ААЦ резко усилились. Пашинян лично заявил, что Армянская Апостольская церковь является "агентом влияния" с давних времен и пригрозил "разобраться" с ААЦ в течение трёх месяцев.
Дело дошло до того, что сотрудники полиции попытались помешать Гарегину II в отмечаемый во вторник День Первой Республики посетить мемориальный комплекс "Сардарапат", куда также прибыл премьер Армении Никол Пашинян. О вступлении конфликта между властями и церковью в открытую фазу и его последствиях VERELQ побеседовал с армянским политологом Давидом Арутюновым.
![](https://cdn.am.sputniknews.ru/img/1081/90/10819002_21:0:1778:994_1920x0_80_0_0_9c59a55fe75531915b6c4748348a6e0a.jpg)
На фото политолог Давид Арутюнов
Как бы Вы прокомментировали инцидент с участием полиции и Католикоса всех армян у мемориала Сардарапат?
Инцидент является проявлением ужесточения конфликта между властями и церковью, который существует все 6 лет правления Пашиняна, и который в последнее время вступил в открытую и прямую фазу. Непосредственно произошедшее, скорее всего, было попыткой властей ответить на блокирование активистами движения «Тавуш во имя Родины» доступа премьера Армении к мемориальному комплексу «Сардарапат».
Можно ли сказать, что власти отныне рассматривают церковь как политического оппонента и будут дальше ужесточать свои инструментарии по воздействию на ААЦ?
Да, и это особенно очевидно после выдвижения кандидатуры архиепископа Баграта Галстаняна на пост премьера от протестного движения. То есть прямое вступление церкви в борьбу за власть неизбежно несет за собой ужесточение ответных мер властей.
В то же время сами эти ответные меры – палка о двух концах для властей. С одной стороны, церковь за последние десятилетия в значительной мере дискредитирована в глазах определенной части общества, и власти могут попытаться сыграть на этих настроениях. В то же время применение особо жестких, в том числе, силовых мер по отношению к церкви может привести к усилению ее поддержки, мобилизации оппозиционных настроений, а также к напряжению и ослаблению лояльности к властям внутри репрессивного аппарата, прежде всего полиции.
Насколько далеко зайдёт процесс усиления противостояния между церковью и властью, и чем это чревато?
Дальнейший ход противостояния сильно зависит от динамики и результатов протестного движения. В то же время с учетом полярных настроений в обществе по отношению и к власти, и к церкви, дальнейшее углубление конфликта чревато усилением поляризации, радикализацией политического конфликта и дальнейшей дискредитацией обеих его сторон, как власти, так и церкви.
Какие выходы существуют из разразившегося политического кризиса в стране?
Внятных и реалистичных выходов из перманентного внутриполитического тупика, в котором находится Армения в последние годы, пока не просматривается. На мой взгляд, оптимальным решением было бы появление третьей силы, с совершенно иной повесткой, которая смогла бы вывести ситуацию из тупика. Однако возникновение такой силы пока носит сугубо гипотетический характер.
Сможет ли лидер протестного движения "Тавуш во имя Родины" архиепископ Баграт Галстанян устроить революцию в стране и стать премьер-министром Армении?
Перспективы движения «Тавуш во имя Родины» трудно прогнозировать. Есть ряд факторов, работающих как в пользу движения, так и против него. К числу слабых сторон движения можно отнести отсутствие четкой и внятной альтернативной программы, ограниченность его социальной базы (охватывающей в первую очередь значительную часть среднего класса и интеллигенцию), почти полное игнорирование социальной повестки, а также спорную протестную и политическую тактику. В большинстве своем эти отрицательные аспекты движение унаследовало от предыдущих волн протестов, организованных оппозицией.
В то же время на руку движению играет объективно существующее и растущее недовольство властями, охватывающее все более широкие слои общества, а также быстрое сужение социальной базы властей и потеря ими способности к уличной мобилизации своих сторонников. При этом причины общественного недовольства связаны как с уступками Азербайджану, так и неспособностью властей решить основные социальные проблемы в стране. Также важным фактором, усиливающим движение, является и личность самого Баграта Галстаняна, который обладает более широкими возможностями по мобилизации сторонников, чем предыдущие лидеры массовых протестов, имевших место после 2020 года.
В результате ситуация в Армении все больше напоминает обстановку в последние годы правления Сержа Саргсяна, когда у власти почти не было социальной базы, и она держалась только на лояльности и эффективности силового аппарата. Это создает крайне нестабильную обстановку, когда в условиях повторяющихся волн протеста, одна из них, в конце концов, может оказаться успешной.