Пашинян: Мандата и договора о присутствии российских пограничников в Неркин Ханде нет

Никто из официальных лиц Армении не заявлял о том, что участок у села Неркин Ханд является зоной ответственности России. Об этом сегодня, 28 февраля, в ходе правительственного часа в парламенте заявил премьер-министр Армении Никол Пашинян, комментируя вопрос оппозиционного депутата Анны Григорян о том, на каком основании указанный участок стал зоной ответственности российской стороны.

Депутат также поинтересовалась ситуацией с недопущением российскими пограничниками членов европейской наблюдательской миссии ЕС на указанный участок. «Я вообще не понимаю, что происходит? Где правительство?», - задалась вопросом Григорян. Она отметила, что фактически на территории Армении представители одного государства предположительно не допускают представителей иного государства, а власти страны стоят в сторонке и призывают их разбираться самим.

«Ситуация такова: к нам поступил соответствующий сигнал (о недопущении на территорию). Сейчас ведется разбирательство, чтобы понять о каком препятствовании идет речь, есть такое или нет. По итогам будет сделано соответствующее заключение. Остальные ваши вопросы укладываются в этом контексте», - заявил премьер.

Депутат возразила: «Я спрашивала о мандате российских пограничников. В конечном итоге, если они там находятся, то это происходит на основании какого-либо документа. Более того, я не говорила о конкретном инциденте, я говорила о явлении: представители одной страны предположительно препятствуют представителям другого – где правительство? По одному лишь этому инциденту видно, как действия правительства переводят на территорию Армении противоречия различных геополитических центров».

В ответ премьер отметил: «Ключевое слово в вашем вопросе «предположительно». Именно для выяснения всех обстоятельств и проводится разбирательство. Что касается остальной части вопроса, то должен сказать, что в свете известных вам обстоятельств многие вопросы в этой части армяно-азербайджанской границы решались спонтанно. И я могу сказать, что в данном случае мандата и договора о присутствии российских пограничников не существует. Если это означает, что российские пограничники не могут выполнять там каких-либо функций обеспечения безопасности, это означает, что отсюда нужно делать соответствующие выводы».