Куда двигаются отношения Москвы и Еревана на фоне беспрецедентного кризиса в армяно-российских отношениях? Россия планирует уходить из Южного Кавказа и Армении в частности?
На эти вопросы ИАЦ VERELQ ответил политолог, доцент Финансового университета при правительстве РФ Игорь Семеновский.
Мы видим продолжение беспрецедентного кризиса в армяно-российских отношениях, обмен заявлениями официальных лиц и даже ноты протеста. Куда двигаются отношения двух стран?
Постановка вопроса сделана весьма верно: речь идет именно о продолжении кризиса. Дело только в том, что раньше он не был настолько масштабным и острым, а также он не был открыто виден простому обывателю, чтобы называть его беспрецедентным.
Специалисты по двусторонним отношениям России и Армении прослеживают эту тенденцию с разной степенью интенсивности и проявления форм уже на протяжении последних 3-4 лет.
Если не предпринимать никаких действий ни российскому руководству, ни армянскому народу, то вектор деятельности стоящего у власти правительства Армении очевиден. Он направлен на уменьшение интенсивности политического диалога с Россией, сворачивания взаимодействия двух стран в вопросах правоохранительных систем, безопасности, военно-технического взаимодействия. Это также касается вопросов ухудшения работы в области информационной политики, существенного сужения пространства для позитивной повестки по линии гражданских обществ, гуманитарного взаимодействия. На последнем и наименее нетронутом, но наиболее чувствительном для Армении треке пока что остаются вопросы сотрудничества в области экономики. При этом повторюсь, вопросы экономики, но не экономической интеграции, в том числе в многосторонних форматах. Это разные вещи и вторая из них становится также под угрозу развития и продвижения.
Евроатлантический курс по сближению текущего руководства Армении с формальными и неформальными институтами ЕС, НАТО, США и других отдельных стран Запада и организаций наподобие Международного уголовного суда (МУС) нагляден и очевиден, как очевиден дрейф и в обратную сторону от евразийской интеграции и взаимодействия с Россией.
К сожалению, история динамики подобных процессов на постсоветском пространстве последних десятилетий не позволяет судить о том, что такая политика руководства отдельных постсоветских стран ведет к стабильности данных государств, устойчивому социально-экономическому развитию общества и пользе для народа, а в крайних формах это вообще приводит к нарушению территориальной целостности.
Россия планирует уходить из Южного Кавказа и Армении в частности? Ряд экспертов объясняют нынешнюю политику Москвы в регионе тем, что на фоне конфликта с Западом на Украине Россия не хочет или не может тратить ресурсы на Южный Кавказ, чтобы сохранить там свое влияние.
Происходящие одновременно на Южном Кавказе, Ближнем Востоке, Украине и других точках мира горячие и холодные столкновения ведущих держав требуют усиленной концентрации ведущих акторов, их повышенной мобилизации ресурсов и приоритизации направлений работы. Подобная борьба в разных регионах мира видна даже на достаточно спокойном в военном плане пространстве стран Центральной Азии, конкуренция за влияние в которых сейчас разворачивается между Россией, Китаем, США и ЕС.
Что касается непосредственно России и Южного Кавказа, то обновленная в 2023 г. Концепция внешней политики говорит о том, что Российская Федерации проводит самостоятельный и многовекторный внешнеполитический курс, продиктованный ее национальными интересами и осознанием особой ответственности за поддержание мира и безопасности как на глобальном, так и региональном уровнях. Хотя Южный Кавказ, Закавказье и не поименованы обособленно среди других регионов мира, тем не менее, это геополитическое пространство исторически представляет для России стратегический интерес, прежде всего, в вопросах безопасности.
Расширение мирового конфликтного пространства не может не сказаться на деятельности государств в конкретных регионах от России с ее вовлеченностью в процессы на Украине или Южном Кавказе до США с их непростой внутриполитической обстановкой и работой на том же украинском или ближневосточном направлениях, при этом держа в уме вопросы противодействия Китаю в различных точках мира.
Вместе с тем если взглянуть на взаимоотношения России с Арменией, Азербайджаном и Грузией в совокупности, то нельзя сказать, что Российской Федерация собирается уходить из Южного Кавказа в целом или Армении в частности. Если взглянуть на политику России в отношении данного макрорегиона двух последних десятилетий, то несмотря на ряд ошибок как России, так и деструктивных действий отдельных руководителей стран Закавказья, происходит сближение работы двух стран на экономическом треке. Вопросы военного, политического, гуманитарного или культурного сотрудничества необходимо рассматривать отдельно в отношении каждой из стран, но по отношению и к Армении, и к Азербайджану, и к Грузии Россия настроена конструктивно и желает развивать взаимодействие как на двусторонней основе, так и в рамках многосторонних форматов.
Россия заинтересована в присутствии в регионе и иное было бы ошибочной трактовкой, другое дело, что на этом же пространстве действуют и иные акторы, от соседней Турции, преследующей свои пантюркистские интересы и желающей выйти к Каспию и Средней Азии, до внерегиональных США, которые везде действуют по принципам «разделяй и влавствуй» и «лишь бы не Россия». С этим влиянием приходится как просто считаться, так и бороться, а ресурсы на это не бесконечны. Как раз развитие формата 3+3, поддерживаемого Россией, может помочь развитию взаимодействия Российской Федерации и стран региона без участия внерегиональных игроков.
Айк Халатян
