Итоги прошедших выборов в Армении, в результате которых действующая власть зафиксировала результат в 49%, остаются крайне спорными. Об этом заявил бывший премьер-министр республики Хосров Арутюнян.
По его словам, слушания в Конституционном суде и факты, представленные адвокатами оппозиции, обнажили «вопиющие правонарушения», сопровождавшие как сам день голосования, так и предвыборную кампанию. Однако ключевая проблема, по мнению политика, лежит глубже юридических нюансов: выборы создали системный кризис легитимности для всего политического поля страны. Арутюнян убежден, что из-за зафиксированных нарушений сформированная по итогам выборов власть оказалась чрезвычайно уязвимой. Причем этот дефицит легитимности бьет не только по правящему большинству и правительству, но и по оппозиции — то есть по всему Национальному Собранию в целом.
Тем не менее, действующей власти во главе с Николом Пашиняном удалось тактически переиграть оппонентов, сместив фокус общественного внимания в нужное для себя русло. «Пашиняну удалось превратить всю предвыборную гонку в жесткое противостояние по линии "пророссийскость против прозападности". Эта идея шла красной нитью через всю кампанию. Самое прискорбное, что оппозиция волей неволей подыграла этому тезису, углубив раскол», — отмечает экс-премьер. По мнению Арутюняна, и власть, и оппозиция полностью проигнорировали обсуждение реальных шагов по выводу страны из глубочайшего кризиса безопасности, в котором она оказалась за последние годы.
Он подчеркнул, что на фоне того, как стратегические высоты на границе перешли под контроль Азербайджана, а на повестке дня остро встал вопрос так называемого "возвращения анклавов", общество так и не услышало от оппозиции системных, концептуальных подходов. Оппозиция лишь говорила о рисках и последствиях этого шага. «Ну хорошо, вы сказали, что этого делать нельзя. А дальше что? Представим, что Пашинян не взял власть, а взяли вы. Назовите мне конкретные четыре-пять шагов, которые остановят открытое стремление Азербайджана забирать наши территории? Лозунги "мы против" — это не программа». Политик добавил, что сам считает себя сторонником оппозиционного поля и до выборов направлял ведущим силам пошаговый план действий, который мог бы если не полностью нивелировать, то хотя бы смягчить угрозы территориальной целостности страны. Однако оппозиция предпочла иной путь.
Арутюнян не согласен с тезисом, будто единственным залогом спасения Армении было лишь устранение Пашиняна от власти, без четкого понимания последующих действий. Оппозиция, по его словам, не смогла доказать избирателю свою компетентность. В итоге предвыборная борьба свелась к банальной логике: «Я должен прийти к власти, потому что ты плохой и ты предатель». Но рядовой избиратель из условного приграничного села рассуждал иначе: «Да, Никол плохой. Но если придете вы — не создадите ли вы нам еще больших проблем?». При этом оппозиция фактически отвечала обществу размытым: «Вот придем — увидите».
В то же время Пашинян, обладая колоссальным государственным и административным ресурсом, давал понятные (пусть даже ложные) обещания, что «войны не будет», параллельно используя социальные рычаги — такие как точечное повышение пенсий на 10 000 драмов или укладку асфальта. В условиях отсутствия внятной альтернативы со стороны оппонентов это сработало.
