Запугивание угрозой новой войны - ключевая технология кампании Пашиняна

Последние заявления премьера Армении Никола Пашиняна о том, что если он не будет переизбран на этот пост, страну ждет война уже в сентябре, - ожидаемая предвыборная уловка, которой правящая сила пользуется с 2021 года. Подобной точки зрения придерживается политтехнолог Виген Акопян.

По его словам, противопоставление войны и мира станет одной из ключевых тем предстоящей избирательной кампании премьера. Пашинян будет стремится использовать это противопоставление, как основу политического выбора избирателей.

По оценкам Акопяна, эта тезисная конструкция будет подана в максимально упрощенной и эмоционально заряженной форме: сохранение власти действующей команды будет ассоциироваться с миром и стабильностью, тогда как любые альтернативы — с риском войны, жертв и потрясений.

Акопян полагает, что таким образом избирателям будет предложена своего рода «иллюзия мира», опирающаяся на относительное отсутствие активных боевых действий в последние полтора года. При этом, по его мнению, параллельно будет формироваться образ оппонентов как «партии войны», способной привести страну к новому конфликту. Основной аудиторией подобного месседжа, как считает политтехнолог, станут женщины, прежде всего матери и семьи, наиболее чувствительные к теме безопасности и человеческих потерь.

Он подчеркнул, что подобная риторика используется властями не впервые и фактически стала устойчивым элементом политической коммуникации после 44-дневной войны. В частности, Акопян напоминает, что в ходе парламентской кампании 2021 года тема угрозы войны также занимала ключевые позиции в предвыборной риторике власти.

Проще говоря, власть идет по пути системного использования «фактора страха войны» как инструмента политического воздействия. Он считает, что этот инструмент адаптируется под разные ситуации, меняя формулировки и контекст, но сохраняя ключевую задачу - повлиять на электоральное поведение через апелляцию к травматическому опыту.

Акопян также обращает внимание на использование конкретных формулировок, таких как упоминание возможности начала войны именно в сентябре. По его мнению, подобные заявления носят преимущественно психологический характер: сама привязка к сентябрю вызывает у общества устойчивые ассоциации с 44-дневной войной и усиливает эффект «достоверности». «Он неспроста указывает сроки. Чем точнее звучит прогноз, тем выше вероятность, что часть избирателей воспримет его как заявление, основанное на каких-то реальных данных», - считает он.